![]() |
![]() Ярославское региональное отделение общероссийской общественной организации СОЮЗ РОССИЙСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ |
||
НАВИГАЦИЯ ПЕРСОНАЛИИ ПАМЯТЬ
Светлана Василенко.Умер ярославский поэт Василий Галюдкин Литературная Россия.Я на годы лишался свободы.Памяти Василия Галюдкина
|
Василий Иванович Галюдкин родился в 1950 году в Мурманске. В разные годы выпустил книги стихов "Гуслинка", "Вереск", "Глоток святой воды", "Гранит или бурьян", "Погорюй-воробьиное". Публиковался в журналах "Юность", "Аврора", "Север", "Студенческий меридиан", "День поэзии" (2000 г.), в "Антологии русской поэзии ХХ века". Член Союза российских писателей.
Как ты горько заплачешь, когда я умру... 17 января 2011 года не стало поэта, члена Союза российских писателей, Василия Ивановича Галюдкина. Он ушел от нас на шестьдесят первом году жизни. Смерть всегда неожиданна и беспощадна. Как непредсказуемый смерч она врывается в нашу жизнь и переворачивает все с ног на голову... Ровно год назад, готовя к изданию новую книгу стихотворений, он попросил помочь ему с фотографией — и мы с ним полдня крутились по центру Ярославля и Волжской набережной, подбирая нужный ракурс... Василий Галюдкин родился 1 октября 1950 года в Мурманске. Окончил вечернюю среднюю школу. Жизнь изрядно потрепала его утратой близких людей, нищетой и болезнями. Но Василий Иванович не сломался и в своих стихах сохранил сострадание к таким же, как сам, простым людям. В стихотворении «Россия» он пишет: Страна страдальцев, держиморд держава, Империя холопов и вельмож, Где ползал я, как червь в помойке ржавой, Пихая медь в суму, голодный бомж. Какая гласность? Истины не слышно! Какой просвет? Дороги не видать! Когда умру, что скажет мне Всевышний? Не лучше ли мне сжечь свою тетрадь?.. Его первый поэтический сборник «Гуслинка» вышел в 1974 году, стихи
публиковались в журналах «Юность», «Аврора», «Север», вошли в
«Антологию русской поэзии XX века». В 2001 году мурманское
отделение Союза российских писателей издало книгу стихотворений
Василия Галюдкина «Глоток святой воды». Оказавшись в Ярославле,
Василий Галюдкин работал в газете «Ярославские епархиальные
ведомости», лежал в областной психиатрической больнице и ее
загородном отделении «Игрищи», что в Большесельском районе, где
предпринял попытку писать прозу. Но ярче всего его талант проявился
в стихах: ...Да! Я пил! Я на годы лишался свободы: Санитарный конвой брал меня под арест! Храм пророка Ильи, я любил твои своды. Храм пророка Ильи, я не предал твой крест. Я спивался, волнуясь за участь России, Я страдал так, что жить уходил в монастырь... Где подруга моя, купола голубые? Я не умер, я жив, золотые кресты! В Ярославле в 2004 году при содействии администрации области смог выйти сборник «Гранит или бурьян». В стихотворении, давшем название сборнику поэт напишет: Два кладбища: и пригород, и город, И мама, и отец... К чему мне лгать? Оплакали отца, когда был молод, Стал инвалидом – схоронили мать... А заканчивает так: Два кладбища... И третье будет где-то! И пробуждая память у славян, Умру и я... Но высший суд поэта – Одно из двух: гранит или бурьян! «В поэзии Василий Галюдкин – максималист: и себя, и весь мир он судит по высшим меркам, хотя и чувствует, что трудно дорасти до тех идеалов, которые определила его душа, - пишет в предисловии к книге «Гранит или бурьян» ярославский поэт Сергей Хомутов. – Но так ли мало – принять эти идеалы, ступить на дорогу к храму и порою приблизиться к нему на расстояние вытянутой руки, осязания, дыхания? Тем более, что стезя, выбранная поэтом, - не тропинка городского сквера и даже – не проселок; это – путь над пропастью, где часто приходится балансировать, чтобы не сорваться вниз, а иногда и срываться, но, хватаясь за камни и ветви кустарника, вновь выбираться наверх». Книгу «Гранит или бурьян» Василий Галюдкин отправил президенту России Дмитрию Медведеву с просьбой помочь в издании следующей, рукопись которой уже лежала на его письменном столе в комнате общежития на улице Лермонтова. Спустя две недели референт президента России поблагодарил поэта за книгу и обещал помочь. Деньги выделила региональная власть, оказав поэту материальную помощь из резервного фонда - и в 2009 году поэтический сборник «Погорюй – Воробьиное» увидел свет в издательстве «Нюанс». Очень проникновенно и провидчески Василий Галюдкин пишет: Я
Отчизну люблю! Мне близка вся планета.
До конца мне хотелось бы песню пропеть. Прочитав альманахи российских поэтов, Будут спорить потомки: зола или медь? Радость жизни моей, ты любила поэта, Где гремел окружной барабан на ветру! Переулок Галюдкина... тут, а не где-то... Как ты горько заплачешь, когда я умру... Шестой поэтический сборник «Грачи» вышел в год шестидесятилетия автора. Олег Гонозов (19.01.2011)
Две песни на стихи В. Галюдкина
Звезда скитаний Звезда моих скитаний, в темном небе Твои лучи я поздно разглядел… О чем голодный думает? О хлебе, Голодному не до небесных тел! Звезда моих скитаний, в бездне вечной Твой чудный блеск с трудом я разглядел... О чем замерзший думает? О печке, Замерзшему не до небесных тел! Звезда моих скитаний, у колодца, Где я, уставший, зачерпнул воды, Пусть твой тревожный свет навек сольется С костром моей скитальческой судьбы! Звезда скитаний, одного мне хочется, Покуда бьется кровь в моей груди, Храни не плоть мою, а наше творчество, Покоя в моем сердце не буди! Не жажду я, как в юности, свиданий, Не жду тепла от лунного огня: Ты у меня одна, звезда скитаний, Спокойных звезд не будет у меня!
Шмель Черный шмель в полушубке оранжевом Заблудился в проеме окна. Он летал над цветами овражными, Надышался свободой сполна. Но и всё же я окна раскрою, Чтобы он возвратился в свой лог, Черный шмель - существо золотое, Крылья светлые, бархатный бок!
Бабочка В тихой губернии, где эскадрильями Осы и пчелы летят в синеве, Красная бабочка с белыми крыльями Перевернула всю душу во мне... Там, за рекою, что так обмелела, Страшная рубка двух конниц прошла... Господи! Бабочка - красное тело! Бабочка - два белоснежных крыла! Нет ничего в этой бабочке лишнего: Белые крылышки, красная грудь! Бабочка эта - намеки Всевышнего, Чтобы мы правильный выбрали путь! Что ж, полетай над цветущими розами, Белых и красных гвардейцев оплачь, Жизнь пролетит, - в желтой роще березовой, Бабочка, тайну судьбы своей спрячь!
* * * Засохшие комки суглинка и бурьяна Я потерял, бродя в пыли дорог. Загубленная Родина, как странно, Что горсть родной земли я не сберег. Мой отчий край, бурьян, суглинок кровный, Березовых крестов могильных рать, Куда вернусь я ночью поздней, темной, Когда ты будешь крепко, сладко спать. Не жди меня - я не к тебе вернусь: Я возвращусь к долинам незабвенным, Я возвращусь к потокам белопенным, Чтоб не будить в душе остывшей грусть!
Золотое сердце Женщина сказала: "Помяни Мужа моего, Петрова Пашку..." И дала мне в тягостные дни: Пачку папирос, печенья пачку, Сваренных вкрутую три яйца, Яблоко, горячее от зноя... Не запомнил я ее лица, Но запомнил сердце золотое! Что ж, моя сторонка неимущая, Горсточка товарищей худющая, Я Петрова Павла помяну, Душу не забуду ни одну!
* * * В гнездах дремлют грачи над стеной монастырской На вершинах высоких стареющих лип, Где молюсь я, чтоб в дьявольской смуте российской Не погибла держава, народ не погиб. Здесь душа моя грешная в грозные годы Восхитилась святой красотой этих мест, Где безумно люблю я церковные своды И над древним собором сияющий крест... Спите, спите, грачи! Тронув крестик нательный, Взяв котомку, я тихо уйду в дальний путь: Сердце тянется к Родине кровной, метельной. Вспомнив крайний мой Север, волнуется грудь! Скоро, скоро грачи до рассвета проснутся, Голоса их сольются с молитвой... Господь, Горсть монет положу я в церковное блюдце... И уйду! И проснется крылатая плоть!
* * * Розовеющий клевер на поле зеленом, Перепелки, вороны, синицы, стрижи, Бесконечный покой: я не слышал тут грома! Монастырь возрожденный в безлюдной глуши. Это Русь! Это почва, с которой разрыва В моей жизни не будет до судного дня, Жизнь пройдет - это тут, под плакучею ивой, В православный суглинок положат меня.
|
||